Где же твоя совесть, страна?

 

За окном моим тишина,

Но не могу я спокойно спать,

Зная, что рядом война.

И об этом нельзя молчать,

Надо бойню остановить,

Если мы ещё хотим жить

В эти тёмные времена

Где же твоя совесть, страна?

 

Беслан. Очередная боль. Очередные слёзы. Очередное эхо Чечни Разум уже сопротивляется, не желая это воспринимать, а сердцу просто больно. Не верится, что завтра жизнь будет продолжаться, и нужно будет говорить какие-то слова. Всё теряет смысл. А там, в самой Чечне, опять зачистки, очередную порцию жизней вбросили в эту страшную мельницу под названием война. Иногда мне кажется, что я даже понимаю террористов. Они - мирные люди. Они ни в чём не виноваты. Я ни за что не поверю, что мечта всей их жизни состояла в том, чтобы приехать куда-нибудь и взорвать себя там во имя Аллаха, прихватив с собой десятка два человеческих жизней. Их заставили. Они просто не могут больше молча созерцать, как их соседей забирают и благодарить Аллаха за то, что  За то, что им сегодня повезло. Значит, сегодняшний день они смогут прожить. Здесь никто ничего не гарантирует. Как повезёт

Мне кажется, что каждый теракт это попытка обратить на себя внимание. Не нас, нет, нашим вниманием и заботой все жители Чечни денно и нощно окружены. Их удел это удел обречённых. Тех, кому уже не приходится надеяться на власть, тех, которые чётко осознали: помощи ждать неоткуда, тех, кому приходиться рассчитывать лишь на свои силы А если у тебя при всём при этом ещё и отнимают близкого человека, ничего не объяснив, а потом ты узнаёшь, что где-то, непонятно за что его пытали и замучили до смерти, а потом ещё и тело, для того, чтобы хотя бы похоронить по-человечески, не сможешь получить обратно Здесь можно не выдержать, сорваться. Взять в руки оружие и пойти самому или примкнуть к каким-нибудь боевикам, потому что у тебя на этом свете уже не осталось никого и ничего, даже маленькой надежды на то, что хоть что-то в дальнейшем измениться к лучшему Только боль, невыносимая боль и рождённое ею желание заставить других (пусть ценой своей собственной жизни, в которой всё потеряло смысл?!) прочувствовать всё это, пережить, чтобы они узнали, как бывает больно людям, загнанным в тупик отчаянием

Это действительно страшная жизнь. Здесь стираются границы, и реальность превращается в бессмысленный жестокий хаос, где нет места сочувствию и состраданию. Здесь между словами власть и бандиты смело можно ставить знак равенства, потому что первая ничем не отличается от вторых, и ещё неизвестно, кто более жесток. А сейчас, когда нас усиленно пытаются убедить, что там налаживается мирная жизнь, людям стало ещё хуже. Потому что теперь в описанную выше жуткую действительность добавляются огромные плакаты с нашим и их президентом и лозунгами типа: Вперед, к светлому будущему! Наверное, чеченский народ, глядя на эти плакаты, думает: Куда ж ещё дальше, мы-то думали, хуже уже некуда. Интересно, сколько жизней они рассчитывают положить за это светлое будущее? Эх, и повезёт же кому-то, кто до него доживёт!

А наши власти, вместо того, чтобы хоть что-то сделать реально для улучшения жизни людей, играют в президентские выборы, на которых побеждает очередной ставленник Кремля Алханов с более чем 70%-ным результатом. Главу Центризбиркома, видимо, ничуть не смущает тот факт, что на эти псевдовыборы вообще никто не явился. Здорово, да?

Но зато в нашей стране всё-таки борются с терроризмом. Вот, к примеру, 24-летней чеченке Зареме Мужехоевой дали 20 лет, несмотря на то, что она полностью раскаялась в содеянном, указала на базы боевиков и, самое главное, подчёркиваю, сама никого не убила. Её взрывное устройство не сработало, а то, что произошло потом, когда при разминировании погиб сотрудник ФСБ Георгий Трофимов, уже явно никак не зависело от её воли. Защита сказала о том, что рассчитывала максимум лет на 5-6. Кроме того, у Заремы в Чечне остался маленький ребёнок, но это смягчающее обстоятельство суд не учёл. Может быть, приговор был бы и не таким суровым. Просто в стране в то время произошёл ещё один теракт.

Или вот ещё один судебный процесс для сравнения: полковнику Буданову дали 10 лет после многочисленных освидетельствований на предмет его вменяемости в момент совершения преступления. А обвиняли его в том, что, заподозрив в чеченской девушке Эльзе Кунгаевой снайпершу, которая якобы стреляла в его солдат, Буданов приказал доставить её к нему, а потом изнасиловал, зверски убил и повелел закопать её тело в лесу. Волею судеб он оказался на скамье подсудимых. Здесь надо признать, что ему всё же повезло меньше, чем другим таким же его коллегам и товарищам. Ростовский суд долго тянул время, назначая экспертизу за экспертизой, и, наконец, вынес свой вердикт. Но поскольку два года он уже отсидел, ему остаётся 8. Совсем недавно мы услышали, что он подал заявление в комиссию по помилованию, и там признали, что его вполне можно отпустить на свободу, а также вернуть все награды. Дело было за малым за словом президента. Но Москва неожиданно встала в позу, в оформлении документов были обнаружены неточности, тем самым Буданову дали понять, что не стоит торопить события

Девушке было 18 лет. А ещё совсем недавно Зарема Мужехоева, разочаровавшись в своих и в чужих, выпросила обманным путём иголку и попыталась покончить с собой.

Хочется сказать Путину только одно: все эти теракты это всего лишь следствие. Нужно искоренить причину. Посеявший на своём поле жестокость, вряд ли может рассчитывать на то, что не соберёт её же в виде урожая.

 

Татьяна Литау

Славгород