Сайт "Аналитика"

ведёт Лариса Володимерова
 

Письма российского политзаключенного Михаила Трепашкина

 

 

 

13.07.07г.

 

В целях своей защиты заключенные должны иметь право «принимать в заключении юридического советника, взявшего на себя их защиту, подготавливать и передавать ему конфиденциальные инструкции»
(статья 93 Минимальных стандартных правил обращения с заключенными, принятых в ООН в 1995 году).

 

Судья Тагилстроевского районного суда гор. Нижнего Тагила Ильютик Д.А. заявил о своем непризнании документов Организации Объединенных Наций.

Ключевым вопросом на судебном заседании по замене мне режима колонии-поселения на более строгий – общий режим, было рассмотренное обстоятельств наложения на меня последний 2-х взысканий (3 и 15 суток ШИЗО соответственно) за то, что в ходе встреч с адвокатом Косик Л.Б. я подготовил и передал ей на проверку, доработку и отправку жалобы заместителю Генерального прокурора РФ Золотову Ю.М. и Председателю Верховного суда Р.Ф. Лебедеву В.М. Адвокат Косик Л.Б. (не я лично) отправила мои письма (копию и проект) в указанные инстанции. Подробнее это выглядит так:

В жалобе на имя заместителя Генпрокурора России Золотова Ю.М. я писал о незаконных действиях нижнетагильского прокурора по надзору за соблюдением законов в ИУ Клементьева А.В. Мою жалобу выбросили. (О выбрасывании жалоб в суде показали бывшие осужденные Рожин Д.М., Ишуков В.П., Наугольных С.С., Варлаков С.Н.). Я отдал копию адвокату Косик Л.Б., чтобы узнать, поступала ли такая жалоба Золотову Ю.М. Адвокат отправила почтой экземпляр заму Генпрокурора РФ, так как личных приемов там нет. На этот раз жалоба дошла, но вместо проверки доводов, изложенных мною, Клементьев А.В. вначале написал письмо в ИК-13 с ложными сведениями, что я ругался нецензурной бранью в адрес прокуратуры (за что я получил 5 суток ШИЗО), а потом потребовал наказать меня еще за то, что я отправил жалобу через адвоката Косик Л.Б. Положения российских законов и ст.93 МСП были просто проигнорированы.

15 апреля 2006 года я написал заявление Председателю Верховного Суда РФ Лебедеву В.М. на незаконность моего осуждения и о преступном сговоре военных судей  и прокуроров. Мне нужно было: сделать с нее копию (для контроля),  по возможности отпечатать и дооформить приложения – несколько документов. Для Ускорения этих действий я рассчитывал на помощь защитников (все в соответствии с законом!). Однако, их допуск ко мне после голодовки в апреле 2006 года был резко  был ограничен, а екатеринбургского защитника Кузнецова С.В. от «участка колонии-поселения» гнали с применением физического насилия, вызвав на подмогу еще и местного начальника милиции (!?). Только 6 мая 2006 года в зале Тагилстроевского суда я передал заявление на доработку адвокату Косик Л.Б. Примерно в середине мая она случайно отправила мое заявление (без приложений) в Верховный суд РФ. Как обычно, его перехватила Военная коллегия и до Лебедева В.М. оно не дошло. И из Военной коллегии мне прислали заявление обратно.

Общеизвестно, что в соответствии с требованиями Федерального закона (не ведомственной инструкции или приказа) – ч.2 ст.91 Уголовно-исполнительного кодекса РФ переписка осужденного с судом цензуре не подлежит и такие письма не вскрываются. Но в ИК-13 (при очень «умном» надзирающем прокуроре Клементьеве) не только жалобы выбрасывают, но и на требования федеральных законов плюют!

Письмо из суда вскрыли и опять наказали меня за то, что заявление отправила адвокат. (И не учли, что я без помощи адвоката ну никак не мог доделать заявление, что я имел право просить адвоката выполнить мое поручение и что заявление отправлял не я лично). Если бы я мог сам доделать заявление, то я на основании ч.2 ст.91 УИК РФ отправил бы заявление закрытым письмом. В общем, очевидно было, что никакого закона не нарушал. Адвокат тоже.

Указанные 2 случая были решающими на суде 9 марта 2007 года. Если мои действия судья Ильютик Д.А. признает незаконными, то формально может принять решение о переводе меня на общий режим. Если признает истину и законность наших действий по документам ООН, то оставляет режим прежним – колония поселение на основании ч.8. ст. 117 УИК РФ, ибо все остальные взыскания просто гасятся из-за сроков давности.

Защита в судебном споре опиралась на следующие законы:

а) ст.93 Минимальных стандартных правил (МСП) – как никак документ ООН;

б) ч.2 ст.91 УИК, из смысла которых следует, что прокурор, судья, адвокат имеют право не только лично получать заявление, жалобу от осужденного, но даже переписываться без цензуры.

Обвинение (прокуратура и администрация ИК-13) опирались лишь на п.61 Правил внутреннего распорядка (ПВР ИУ) от 3 ноября 2005 году, где записано, что жалобы и заявления направляются осужденными через администрацию ИУ.

Во-первых, Конституционным судом Российской Федерации признано, что ПВР ИУ не является законом России. И, следовательно, в коллизии с федеральным законом и общепризнанными номами международного права, они должны уступать.

Во-вторых, п.61 ПВР ИУ и ч.3 ст. 15 УИК РФ обвинение трактует расширительно, ибо в указанных нормах права речь ведется обо всех других случаях, т.е. когда отправление идет почтой, а не передача при личной встрече.

Из-за такой расширительной (неправильной) трактовки положений ч.3 ст. 15 УИК РФ и п. 61 ПВР ИУ в суде произошел казус.

Я написал ходатайство и в соответствии с ч.3 ст.399 Уголовно-процессуального кодекса РФ передал судье прямо в зале судебного заседания (обычная общеизвестная процедура). Представитель ФГУ ИК-13 майор внутренней службы Головин А.Ю. вскочил и заявил, что я нарушил ч.3 что.15 УИК РФ и п.61 ПВР ИУ, что ходатайство надо из суда отвезти в спецчасть колонии, а оттуда с регистрационным номером представитель ИК-13 привезет и передаст судье! Такая процедура вытекала из версии обвинения. Меня надлежало посадить в ШИЗО более чем на 300 суток (более 20 заявлений и ходатайств в письменном виде я передал судье в ходе судебного заседания х15 суток ШИЗО за каждое).

Разумеется, в данном конкретном случае судья понял этот бред из-за расширительного толкования норм права и не принял во внимание заявления представителей администрации ИК-13 и прокуратуры. А в целом по ситуации с передачей заявления в жалобы адвокату все же принял точку зрения администрации ИК-13 и прокуратуры!? Так нужно было, чтобы выполнить указание: любым путем ужесточить мне режим. Вот судья и стал противоречить самому себе. Поступать не по закону, а как ему удобно. В одной ситуации – так, в другой – по противоположному. И в этом приспособленчестве он не только породил абсурд – при встрече с защитников я должен был написать с ее помощью жалобу в суд, но не отдавать ей, а отправить почтой, что предвещает ее получение (если не выбросят) через месяц, что делало бессмысленными услуги защитника и нарушает право на защиту,  но и принял решение игнорирующее документы ООН – ст.93 Минимальных стандартных правил обращения с заключенными.

Кстати, свою точку зрения по защите подтвердили и эксперты «Независимого экспертно-правового совета» в своем заключении от 16 апреля 2007 года.

Теперь слово за Свердловским областным судом, который недавно объявили одним из самых профессиональных судов в России. Объявили власти. Посмотрим, утвердят ли они абсурд, порожденный судьей Ильютиком вопреки документам ООН.

18.05.07. М.И. Трепашкин

 

*********

Я солидарен с юными правозащитниками Рязани

В апреле месяце 2007 года я получил огромнейшее количество телеграмм, писем и открыток со всех регионов России, от Сахалина до Пскова, а также из-за границы (больше всего из Швеции) со словами поддержки в борьбе с беззаконием со стороны высших чиновников России.

И эту свою заметку я решил написать как ответ позиции Ходорковского М.Б., что «современное общество обречено быть терпимым», основываясь на полученных мною письмах.  Я не понял из статьи в «Новой газете» от 10 мая 2007 года, на основании чего Михаил Борисович сделал такой капитулирующий вывод. Но я уверен, что он опасен для большинства российских граждан! Здесь уместно упомянуть один «политический анекдот», а точнее, его фрагмент из времен брежневского правления:

Собрали советские парт боссы жителей одного городка и объявляют: «Завтра мы вас будем вешать! Вопросы есть?»
Поднимает руку один из мужчин. Думали, спросит за что, начнет возмущаться, бунт поднимет, но слово дали. А он спрашивает: «Мыло свое приносить или казенным веревки намыливать будут?»

Вот цена «компромиссов», бездеятельности, пассивности, ложного стыда, смирения и т.д.

И вот у нас получается примерно такая ситуация в нынешнем обществе всеобщего беспредела.

Адвокаты. Не сделав конкретных шагов по всем возможным вариантам защиты прав подопечных, опускают руки и заявляют: «Это дело бесполезное. Мыв ничего сделать не сможем». Клиентам-осужденным советуют: «Сиди уж тихо и не высовывайся, так лучше будет». Я считаю, что это от лености и непрофессионализма. И такая политика развратила чиновников и привела к безнаказанному беспределу.

Правозащитники. Получив информацию о нарушениях законов, о нарушении прав человека, начинают шуметь, пикеты устраивать, но быстро угасают и не доводят дело до результата. И уже не только чиновники помельче, но и сам Президент заявляет: «Ничего, пошумят и перестанут. Пусть кричат». Их непоследовательность тоже развращает чиновников.

Осужденные. Большинство, попав в явный беспредел и видя, как на их глазах гибнут другие, стараются занять позицию: «Лишь бы мне вытянуть, а всеми нарушениями условий содержания, нарушениями прав осужденных пусть занимаются другие».

Вот так коротко и без крайностей, по серединному варианту я описал, как зарождается и буйно процветает  у нас Беззаконие, что за урожайная у него почва.

К этому призывает Ходорковский М.Б.

Вот из его статьи следует: «Главное (из компромисса с чиновником – М.Т.) – положительный результат для страны, людей». Михаил Борисович, эта поза лишь для маленькой группы приспособившихся, попавших на жилу и т.п. Для остальных – это вред. Если не устранить нарушение закона, то завтра новые и новые жертвы будут туда попадать. Надо убирать грабли, которые больно бьют в лоб, а не оставлять их другим. Ваши «компромиссы» не для общества ХХI века!

Ваша логика терпимости, если следовать статье, приводит к тому, что обходите стороной право каждого на свободу и справедливый суд. Хотя тут же совершенно справедливо указываете, что «вертикаль» власти – это удобство для преступного взимания дани. Хотя я вижу здесь немножко другой аспект. «Вертикали» властных структур – это признаки авторитарной клики, как бы они не маскировались. Мы сейчас вырастили в России преступно-мафиозную клику, клан близкого окружения Путина В.В., взявшего на вооружение мафиозную структуру подчинения. Демократия лишь для «своих». Свобода лишь для «наших». И т.д. А что остальным, не «нашим»? Беспредел, беззаконие, терпение, компромиссы, мыло на веревки...

Я с этим в корне не согласен!

Мне очень понравилась позиция, высказанная в присланных мне письмах слушателями Рязанской школы прав человека Андроновой Ольгой, Колесниковым Александром, Середа Марией, Новиковым Евгением и их преподавателем Лариной Надеждой. Суть их высказываний в том, что даже если один из них устранит из нашей жизни хотя бы одно нарушение прав людей, то это оправдает их обучение и предназначение в жизни. Они не настроены капитулировать, они не намереваются носить звание «правозащитник» формально. Они настроены на бескомпромиссную борьбу за права человека с конечным результатом. Я считаю, что это позиция достойна уважения и от их активности зависит построение правового, цивилизованного, человеколюбивого общества в России. И я солидарен с юными правозащитниками Рязани. Если мы будем обращать внимание и бороться даже с мелкими несправедливостями, то не будет и больших беспредельных беззаконий!

Я не терплю компромисса там, где грубо нарушаются федеральные законы, общепринятые нормы международного права, права человека. И не могу быть терпимым к нарушителям, чего бы мне это не стоило. Возмущаюсь поведением тех адвокатов, кто вместо защиты человека, судьбы его и его близких, опускает руки и заявляет о своей беспомощности.

Да, у нас стало так, что куда ни ткни, везде нарушения законов. Верно заметила одна из слушательниц Рязанской школы прав человека, что сейчас в России «количество дерьма превысило все допустимые нормы и превалирует над добрыми делами, над хорошим».

Но я лично доказал, что бороться с этим можно и нужно, а при целеустремленности и деятельности будут и результаты. Даже из камеры мне удалось лично и совместно с другими добиться ремонта и приведения в нормальное состояние ИВС Дмитровского УВД Московской области, ремонта в СИЗО-2 гор. Волоколамска Московской области и СИЗО-1 гор Москвы, изменить порядок доставки осужденных из СИЗО в ИВС на время суда (прокурор признал, что 13 лет на это нарушение федерального закона (!) никто не обращал внимания, хотя оно влекло нарушение прав подследственных) и даже внести кое-какие изменения в законы. Все, что мне удалось изменить для улучшения содержания других осужденных, займет приличную брошюру. Но я не ставлю это своей целью в данной публикации, так как упомянул об этом лишь потому, чтобы показать:

Можно очиститься от дерьма, избавиться от беспредела и беззакония, если:

а) действовать и
б) доводить дело до логического конца, до результата.

Я принимаю возражения, что от моей деятельности за улучшение для других я сам терплю преследования, унижения, пыточные условия ШИЗО и другие методы чиновников, которых «окунул носом в унитаз». Я потерял из-за этого много здоровья, сказалось это и на правах моей семьи. Но я остался человеком, адвокатом, правозащитником, борющимся за права человека, за улучшение жизни людей, за авторитет России в будущем.

Или мне тоже нужно было сделаться приспособленцем и ждать, что кто-то другой поднимет проблемы осужденных?

Поверьте, в головах чиновников ФСИН РФ, Минюста и Госдумы РФ этого пока не предвиделось!

М.И. Трепашкин, 28 мая 2007 года.

 

*********

Г-же Володимеровой Л.В.

Уважаемая Лариса Вадимовна! Как вы себя чувствуете после недельной акции отчаяния – голодовки? Мне хотелось всячески поддержать вас, но не знал, как это сделать, чтобы это не выглядело какой-то формальностью. Я решил успокоить сам себя морально и поддержать негласно. Я не мог есть, осознавая, что кто-то где-то за меня голодает.

22 июня 2007 года перед этапом в СИЗО гор. Екатеринбурга я отдал все продукты в ПФРСИ другим осужденным и до сих пор не принимал пищу, кроме жидкости. Нет, я не объявлял голодовку. Я просто принял такое участие в акции больше для успокоения своей совести.

Полностью сесть на голодовку я не мог, так как из-за приступов астмы я часто пользуюсь аэрозолями. Лекарство попадает в пищевод. И когда у меня была сухая голодовка, то я сильно подпортил себе пищевод. Бывают такие боли, что колют обезболивающие (но не лечат ничем). Вот таким путем, особо не опасным для здоровья, я решил поддержать Вашу акцию и держу ее с 22 июня с. г., отказываясь от пищи.

Кстати, о Вашей акции протеста мне пока (как она проходила) ничего не говорили.

С уважением,

М.И. Трепашкин,
01.07.07г.

Навигация

Главная
Сайт
"Критика"
Сайт ЛВ
Гостевая
Контакт